Художественная культура Великого Новгорода

После распада Киевской Руси отдельные княжества и города начали приобретать самостоятельность. В культуре Великого Новгорода, также отделившегося от Киева, всё яснее проявляются черты самобытности, во многом обусловленные ослаблением княжеской власти и усилением демократических тенденций в обществе. Новгородское вече, ставшее постоянно действующим органом самоуправления, долгое время сохраняло значение символа городской свободы и независимости. Торгово-ремесленный Новгород никогда не стремился к изысканной роскоши, напротив, на его искусстве лежал отпечаток строгости и простоты. Лучшие новгородские мастера умели создавать подлинные шедевры архитектуры и изобразительного искусства скупыми средствами.
С середины XII в. в Новгороде почти прекращается княжеское строительство и возникает множество небольших приходских храмов. Ярким образцом новгородского зодчества последней трети XII в. по праву считается церковь Спаса Преображения на Нередице. Несмотря на сравнительно небольшие размеры, она производит впечатление монументального сооружения. Объём церкви, увенчанный одним куполом, покоящимся на четырёх столпах, разделён на три нефа и завершён с востока тремя алтарными апсидами. Характерную особенность её композиции составляют резко пониженные боковые апсиды. Объёмно-пространственное решение интерьера чётко «прочитывается» в наружном облике здания, фасады которого расчленены широкими, далеко выступающими лопатками на три части. Облик церкви по-новгородски сдержан и строг: ни одна деталь не нарушает гармонии целого. Её единственное украшение — аркатурный пояс под куполом массивного барабана, прорезанного восемью узкими окнами, — усиливает впечатление простоты и величия.
Мировую известность церкви Спаса Преображения на Нередице принесли фрески, выполненные свободно и энергично в необычайно светлом колорите: сочетании жёлто-красных охр, нежно-зелёного и синего цветов. Белильные цвета, положенные крупными, рельефными мазками на ликах святых, создают атмосферу удивительной гармонии и умиротворённости, настраивают человека на возвышенное созерцание и общение с Богом. Объёмная живопись, сотканная из отдельных сюжетов и фигур, построенная на контрастах, соседствует с изображениями, выполненными в графической, орнаментальной манере. К сожалению, в годы Великой Отечественной войны церковь на Нередице была разрушена в результате обстрелов, почти полностью погибли и её древние фрески.
Со строительством церкви Рождества Богородицы в первой четверти XIII в. на месте языческого святилища в Перыни (по имени бога Перуна) создаётся новый тип церкви, ставший определяющим для новгородской архитектуры XIV — XV вв. В последующих постройках менялись пропорции, форма покрытия, декор, прибавлялись и исчезали западные притворы, но сам тип новгородских сооружений на протяжении более двух столетий оставался неизменным. К высшим достижениям зодчих можно отнести церкви Спаса Преображения на Ковалёве (1345), Фёдора Стратилата на Ручью (1360—1361), Спаса Преображения на Ильине улице (1374) и др.
В конце XIII в. формируется новгородская школа иконописи, достигшая расцвета во второй половине XIV — начале XV в. К сожалению, множество замечательных новгородских икон погибло в огне средневековых пожаров, ещё больше пострадало в годы Великой Отечественной войны.
В новгородских иконах много экспрессии, эмоциональной выразительности, непосредственности в выражении чувств. Новгородский мастер предпочитал яркие, чистые, насыщенные цвета на излюбленном красном фоне. Пылающая киноварь (красная краска фона), на которой особенно выразительно смотрелись зелёный и синий цвета, должна была заменить блеск привычного золота. Контрастность и насыщенность колорита, симметричность композиции, некоторая вытянутость и чёткие контуры фигур, их устремлённость к небу, оторванность от земли, экспрессивность и динамичность в выражении чувств стали её отличительными чертами.
Тесное творческое содружество связывало новгородских мастеров с византийскими художниками, среди которых особенно выделялся Феофан Грек (ок. 1340 — после 1405 г.), прибывший в Новгород в 70-е гг. XIV в. Немногое нам известно об этом замечательном мастере. Невозможно не запомнить его энергичную, стремительную, эскизную манеру письма, в которой есть и великолепное мастерство колорита, и суровый, порой даже грозный аскетизм. Хотя в колорите его фресок преобладают тёмные, красно-коричневые тона, его живопись нельзя назвать монохромной. Синяя, оранжевая, лиловая, жёлтая, белая и чёрная краски изобилуют оттенками тонов, множеством светотеневых градаций. Художник моделирует формы не столько тоном, сколько светом — яркими мазками белильных бликов. Такая манера письма позволяла более точно передавать объёмы фигур и добиваться потрясающей экспрессии.
В церкви Спаса Преображения на Ильине улице в Великом Новгороде, расписанной Феофаном Греком в 1378 г., лучше всего сохранилось изображение Спаса Вседержителя (Пантократора), по традиции размещённое в зеркале центрального купола. Один из исследователей отмечал, что «космическая сила этого образа такова, что земля в целом и населяющие её твари кажутся ничтожными. Перед ликом такого Христа ни у кого не может остаться никакой надежды на милость и спасение».
На хорах этой церкви сохранились фрески седобородых монахов-старцев (столпников), отшельников, добровольно принявших обет отречения от мира. Им чуждо безмятежное счастье, покой, они привыкли подавлять свои чувства и страсти. Их лица отмечены печатью страдания, сомнения и отчаяния. Глубоко посаженные глаза, гордо вскинутые брови, крепко сжатые уголки губ придают лицам особую выразительность и аскетизм. Вглядитесь в лицо старца Макария Египетского, и вы почувствуете трагизм, затаённую мольбу, скорбь и надежду. Седые волосы, слезящиеся, почти слепые глаза, покрытое морщинами лицо, отчаянный, отрешённый от мирской суеты жест поднятых рук, могучий разворот плеч — всё призвано передать былую мощь и твёрдость духа старца. Некогда он был знаменитым теологом, автором многочисленных богословских «Бесед», а теперь, уединившись от внешнего мира, по-прежнему не находит душевного успокоения.
Оставив яркий след в новгородском искусстве, Феофан Грек расписывал храмы и в Северо-Восточной Руси. Есть предположения, что ему же принадлежали несохранившиеся росписи Успенского собора в Коломне. Композиция «Успение Богоматери» на дошедшей до нас двусторонней иконе «Богоматери Донской», вероятно, происходившая из этого собора, по стилю письма во многом напоминает манеру Феофана Грека. Следы пребывания прославленного мастера найдены в Переславле-Залесском и в Москве, где, как свидетельствует летопись, под 1395 г. он расписывал церковь Рождества, а четыре года спустя — Архангельский собор Московского Кремля. В 1405 г. Феофан Грек вместе с Андреем Рублёвым и Прохором из Городца принимал участие в росписи Благовещенского собора. К сожалению, большинство работ прославленного мастера не сохранилось.


Церковь Спаса Преображения
на Нередице. 1198 г.
Великий Новгород

Фреска. Архангел Михаил. Церковь Спаса Преображения
на Нередице. 1199 г.
Великий Новгород

Новгородская икона
"Страшный суд"

Церковь Рождества Богородицы
на Перыни. XIII в.


Воскрешение Лазаря.
Икона из церкви Успения
на Волотовом поле. XV в.
Великий Новгород

Битва новгородцев с суздальцами. Икона. XV в.
Великий Новгород

Спас Вседержитель.
Фреска. XV в.
Великий Новгород

Последнее изменение: Tuesday, 29 August 2017, 21:49